Короткие очерки об обыденных вещах
и не очень

5.01.2004 год (написан первый очерк...)

Полная версия

Илья Шурман

Риск - благородное дело

фантастика

Проснувшись и обнаружив, что я ещё жив, я ощупал себя. Руки и ноги ужасно болели, но это лишь подтверждало мои догадки о том, что и голова, должно быть, осталась на месте. Вокруг валялись вырванные с корнем деревья, остовы какой-то строительной техники, лопнувшие здания, напоминающие макет стройплощадки в разрезе. Какой-то непонятный ровный свет, как-то по особенному окрашивая всё вокруг, и это "как-то" заставляло волноваться ещё больше. Мысли в голову не лезли, и я слонялся среди всего этого разбитый и потерянный, ничего не осознавая, и гоня прочь те полупрозрачные видения, которые мелькали вокруг... А возможно это и есть потустороннее?

Внезапно не вдалике песок зашевелился и на его фоне появилась голова сослуживца, с которым мы проработали вместе много лет. Шатаясь я подошел к нему, и помог подняться на ноги...

Сколько времени мы были без чувств? Очевидно не слишком долго, иначе бы уже всё давно бы закончилось. Мы с Вереском присели отдышаться и оглядеться. Что бы это могло быть, и как это могло произойти? Последнее, что я помнил, это тревожные предупреждения дикторов на всех каналах вещания, о приближающемся урогане... И внезапные черные тучи, но какой-то странной формы,быстро надвигавшихся на землю откуда-то сверху. Да, эти воспоминания не добавили нам энтузиазма, но очень хотелось пить. А оставаться здесь уже не было никакой необходимости. Вокруг разруха и больше ничего.

Хотя нет... Много непонятного происходит вокруг, да и эти полупрозрачности не трогают нас, но и никуда не деваются. Подобрав какие-то палки вместо посохов, мы пошли, ещё не понимая куда и зачем. Чисто подсознательно ноги нас повели в сторону здания, где раньшебыл торговый центр.

С трудом мы преодолели первые метры разрухи. Ещё совсем недавно здесь всё бурлило весельем и обыденностью. Но... Что это за свет, откуда сюда проникают эти лучи и ... полупрозрачности??? Продвигаясь по остаткам цивилизации и всматриваясь в окрестности прошлого, в голову лезли всякие невыдуманные истории... Медленно перебираясь один за другим, мы приближались к заветной цели в надежде найти воду и еду. Мы шли шаг за шагом, метр за метром. В полном неведении проходили минуты, а за ними и часы.

Полуразрушенные здания, тем не менее, практически не приближались.Такое ощущение, что оно двигается вместе с нами. Пот заливал глаза, очень хотелось пить. У меня уже было ощущение, что мы идем по тренажеру для ходьбы на месте. Но в том-то и проблемма, что, когда ноги подворачивались, и я уже был готов упасть, как полупрозрачности, мея ставили опять на ноги, и покружив опять отдолялись.

"Такого не может быть", говорил я себе, продолжая преодолевать боль и усталость. Вот бы сейчас ветерок подул, но и этого тоже не было. Я уже и не говорю о небесных светилах, которые тоже куда-то делись. Иногда, закрывая глаза, я слышал какие-то голоса, доносившиеся где-то рядом, и... внезапно всё опять прекращалось, лишь только я открывал их опять. Внезапно я уткнулся в какую-топреграду, не дающую мне сделать очередной безсмысленный шаг. Безсмысленный потому, что сколько бы я ни шел, я ни к чему не приближался. Уже давно я потерял, шедшего рядом товарища. Я двигался вдоль преграды, судорожно соображая и ища какое-то всему обьяснение...

Терять мне больше было нечего... Один среди разрухи, без воды и еды... "Рискну, риск благородное дело", подумал я... И сосредоточив все свои мысли на одной полупрозрачности я направился к ней и мягко без усилий вошел в неё... На мнгновение я закрыл глаза, было тяжело дышать. А когда я их открыл снова, то увидел, что лежу в палатке, рядом на кроватях какие-то люди в рваной одежде и какие-то грязные. А надо мной склонился человек в белом халате со шприцом в руках... "Он очнулся" услыхал я...

Медленно тянулись минуты и дни. Полевой госпиталь напоминал какой-то лагерь, оторванный от всего мира. Откуда взялись врачи и медсестры, а также медикаменты и палатки, пища? Это пока остаётся загадкой. Пространство, где всё это помещалось было обнесено плотной тканью, не дающей никакого шанса увидеть то, что находится с обратной стороны. Врачи, так же как и раненные, были всех возможных цветов кожи, и сословия, но вот, что, действительно я не взял во внимание, разговаривая на разных языках, все друг друга понимали... Иногда персонал забирал кого-нибудь в дверь, за которую, почему-то не разрешали заглядывать. А возвращали их в сонном состоянии, но и после пробуждения никто ничего не помнил, и по этому не мог ничего рассказать.

Палатки были натянуты так, что не мешали солнечным лучам, не известно откуда проникающих сюда, заглядывать на территорию, но судить о том, какая там погода, и вообще, какое время года не представлялось возможным. Всегда одинаковая температура заставляла предпологать, что этот госпиталь находится в каком-то помещении... Проходят дни, а может быть и нет, только очень часто хочется спать. Как-то прогуливаясь между палатками, я вдруг опять увидел разрушенные дома, песчанные завалы, и... опять пошли воспоминания. Перед глазами проходили картинки былого, счастливого прошлого, куда-то , внезапно исчезнувшего, и вряд ли, когда - нибудь, оно вернется...

Слоняясь по бывшему городу, я пытался вспомнить всё, до мельчайших подробностей, связанное с моим прошлым, с человечеством, живущим и жившим до нас. Я мысленно погружался в рутину прошлой жизни, не осозновая для чего я это делаю...

Внезапно воспоминания оборвались, и я открыл глаза...Меня обступили соседи по палатке, и с любопытством меня разглядывали, будто бы я представляю собою какое-то чудо, не ведомое до сих пор. Я заметил, что все стояли вокруг меня полукругом, причем, все они, были прижаты мною к стенке палатки, а я, как-то беспорядочно машу руками, и в приподнятом над кроватью состоянии.Я парил, не понимая ничего, и ничего не ощущая...

Перепуганный, и совсем отчаявшийся, я повис возле собравшихся, скорее всего, не меньше меня перепуганных, и ничего не понимающих, но уже удерживающих меня, людей. Я попытался встать на ноги, но хоть мне и удалось принять вертикальное положение с помощью других, но встать на ноги мне мешало какое-то странное чувство невисомости,хотя свой вес я все-таки чувствовал, но в основном спиной и шеей...Еще ничего не понимая, и барахтаясь в воздухе, я смотрел туда же, куда и все, откуда стрелой вылетел я, и где таится нечто, что ещё не извесно нам, находящимся здесь, в этой полаточной эпопее, здесь, доселе думающих о том, что прошлое землетрясеие-это игра матушки природы...